«Наши домашнiя животныя. Собаки»

- 2 -

Эгоистическiя цели преследовались, такимъ образомъ, съ обѣихъ сторонъ, и очень скоро тотъ же эгоизмъ повлекъ за собою болѣе тѣсную дружественную связь человѣка и собаки, такъ какъ обнаружилось, что интересы ихъ — общiе. Прежде всего оказалось выгоднымъ добывать совмѣстно пищу и вообще помогать другъ другу въ суровой борьбе за сущѣствованiе; отсюда явилось желанiе и защищать другъ друга отъ общихъ враговъ. Совершенно естественныя потребности сдѣлали желательнымъ обоюдное сближенiе. Первобытный человѣкъ обладалъ уже достаточнымъ умомъ и проницательностью, чтобы увидеть въ собаке опытнаго и ловкаго охотника и храбраго защитника. Точно также и собака нашла не мало выгодныхъ сторонъ въ сожительстве съ человѣкомъ. Такъ на самой заре развитая человѣчества, когда другiя животныя, сдѣлавшiяся впоследствiи домашними, относились къ человѣку еще съ недовѣрiемъ и держались въ стороне отъ него, былъ заключенъ уже тѣсный союзъ человѣка съ собакой.

Въ теченiе долгихъ перiодовъ доисторической и исторической жизни человѣчества собака разделяла затѣмъ съ человѣкомъ и горе и радость и вмѣсте съ тѣми народностями, которыя она сопровождала, подвергалась всемъ превратностямъ судебъ. Человѣкъ развивался и совершенствовался, у него появлялись новыя формы хозяйства и новыя потребности, и соответственно съ этимъ онъ изменялъ путемъ искусственнаго подбора и своего неизменнаго друга и спутника — собаку.

Вопросъ о происхожденiи собаки и исторiя ея различныхъ породъ имѣетъ большой интересъ и, несмотря на неполноту нашихъ свѣдѣнiй, заслуживаетъ вниманiя.

Происхожденiе и исторiя собаки

Несомненный признакъ присутствiя домашней собаки — именно, хорошо сохранившиеся черепа и кости ея — были найдены среди такъ называемыхъ «кухонныхъ остатковъ» доисторическаго человѣка въ Данiи. Остатки эти относятся къ неолитическому перiоду каменнаго вѣка и нѣсколько древнѣе свайныхъ построекъ Швейцарiи, гдѣ также открыто много хорошо сохранившихся костей собаки. У доисторическихъ обитателей Данiи и Швейцарiи собака была единственнымъ домашнимъ животнымъ и служила, повидимому, не для пищи, какъ у нѣкоторыхъ прежнихъ и современныхъ народностей, а въ качествѣ сторожа и помощника на охотѣ. На это, по крайней мѣрѣ, указываетъ большое количество совершенно цѣлыхъ череповъ ея, — они были бы разбиты, если бы животное употреблялось въ пищу.

- 2 -