«До рассвета»

- 2 -
Harry Games

Я медленно обернулся и увидел перед собой милиционера в форме летнего образца. Он был года на два старше меня и на пару сантиметров ниже ростом. Скуластое лицо покрывала короткая щетина, зрачки уверенно рассматривали меня сквозь набухшие, монголоидные прорези век.

– Глухой? – спросил он.

– В чем дело? – осведомился я, стараясь придать тону максимум достоинства.

– Документы показывай! Что в сумке, что в карманах?

– С какой стати?

– Ты скотина, блядь, или человек на хуй? Язык понимаешь? Открывай сумку!

– А если не открою?

– Тогда я тебя пристрелю. – он деловито расстегнул кобуру и вынул пистолет.

Я еще раз заглянул в его глаза и понял что действительно застрелит. Пришлось распахнуть сумку. Впрочем сумка была – одно название. Заплечная торба с безнадежно рваной молнией. Внутри комом лежала ненужная уже теплая куртка и завернутая в газету бутылка водки, которую я берег на последний день. Милиционер немедленно убрал пистолет, запустил руку в сумку и выудил сверток с бутылкой. Газета полетела на пол, а бутылка была втиснута в карман форменных брюк.

– На каком основании? – спросил я тупо.

– На основании приказа мэра о соблюдении порядка на хуй.

– Что еще за бред? Какого порядка? Какого мэра? – возмутился я.

И тут же получил не сильный, но отчетливый удар кулаком в бок.

– А это тебя не ебет. Понял? Что в карманах? Все вынимай.

И я начал выгребать из кармана: носовой платок, горсть жухлых семечек, пачку долларов и капсулу с таблетками.

– Что за таблетки? – спросил он. – Яд?

Я кивнул:

– Снотворное.

– Прячь. Откуда сам?

– Местный.

– Не пизди.

– Из Екатеринбурга.

– Вот я гляжу выговор не московский. А чо не дома?

– А мне и здесь хорошо.

– Не пизди.

– Ну не успел, не успел…

– Ага, – злорадно усмехнулся он, – а долларов-то набрал не еби маму, да?

Я промолчал. Он вынул из кармана мою бутылку, отвинтил колпачок, глотнул и удовлетворенно поморщился.

– Будешь?

– Буду. – неожиданно сказал я и взял протянутую бутылку.

– Дома ждут?

– Ждут.

– А здесь есть кто?

– Никого.

– Вот, блядь, и у меня уже никого… – сказал он и замолчал.

Младенец на руках у женщины проснулся и начал оглушительно верещать. Милиционер поморщился.

– А чего, бля… – начал он, но сбился – младенец орал оглушительно, а женщина вдруг тоже завыла протяжно и тоскливо.

- 2 -