«Земля осени»

- 5 -

Все, о чем он вспоминал, было туманным, словно действительность разрушенного города лежала в другом измерении, которое невозможно было ни объяснить, ни даже представить себе. Он мог лишь смутно вспомнить, как наводил на резкость и щелкал затвором. Он вспомнил людей, бросившихся к нему по склону холма, сумасшедший бег к автомобилю, захлопнутую дверь, машину, зигзагами летевшую по мостовой, по разрушенной дороге от вопящих людей, бывших менее чем в сотне футов позади.

Он снова съехал на обочину, дорога больше не была разрушенной. Она спокойно и ровно текла к городу, который недавно был разнесен в щепки. Да, он снова свернул с дороги и остановился. Сердце колотилось, и прошло немало времени, прежде чем он смог тронуться снова, и двигался очень медленно, потому что не доверял себе и боялся, словно вел машину на повышенной скорости.

Он намеревался переправиться через реку и, добравшись до Чикаго, переночевать там, но теперь планы его изменились. Он чувствовал себя не в своей тарелке, но у него были пленка и время, чтобы как следует обдумать все происшедшее.

Он нашел загородную стоянку в пяти милях от города, заехал туда, остановился рядом с жаровней и старой колонкой. Он взял несколько поленьев из поленницы и развел огонь, вытащил коробку с кухонной утварью и продуктами, повесил котелок с кофе, поставил сковороду на жаровню и разбил в нее три яйца.

Съезжая с дороги, он заметил человека, бредущего по обочине, а теперь, занявшись обедом, он увидел, что человек свернул и идет к автомобилю.

Незнакомец остановился у колонки.

— Работает? — спросил он. Рэнд кивнул:

— Я только что набрал воды в котелок.

— Жаркий денек, — заметил человек. Он заработал рычагом колонки. — Жаркий для прогулок, — добавил он.

— Давно идете?

— Да уже недель шесть.

Рэнд внимательно посмотрел на него. Одежда путника была старой и потрепанной, но совершенно чистой. Он брился день-два тому назад. Волосы у него были длинными, но, видимо, не потому, что ему так нравилось, — просто он давно не стригся.

Вода хлынула в желоб, и человек, сложив руки ковшичком, подставил их под струю, собираясь напиться.

— Хорошо, — сказал он наконец. — Очень хотелось пить.

— Давно ели? — спросил Рэнд. Человек заколебался.

— Давненько, — признался он.

— Возьмите вон ту коробку на заднем сиденье. Берите себе тарелку и вилку. И чашку тоже. Кофе скоро поспеет.

- 5 -